Признайтесь честно, вам не надоело уже преданно-слезливое выражение лица, с которым можно терять детей, взрывать малогабаритную недвижимость или убивать плохих парней? Наверное, все уже догадались, что речь о некогда самом завидном племяннике Голливуда, а теперь всего лишь жертве собственных амбиций Николасе Кейдже. То, что в «Ученике чародея» он играет главную роль – уже весомый аргумент, чтобы покрыть филь проклятьями, а режиссера Тертлтауба за третью совместную работу подряд придать анафеме. Поэтому сравнения с экранизациями книг Роулинг можно смело оставить в стороне.
Ведь сюжет «Ученика чародея» - тот еще повод для злопыхательства. Ловко и под свои нужды перекроим мерлиновскую мифологию, сценаристы свели к формуле «избранный – вот и защищай мир», впрочем, другая группа их коллег написала тонну действительно неплохих шуток. Все эти бумажные зарисовки объединяет бесконечные, кажется, мускулы компьютерной графики, превращающей фильм в привычный аттракцион, знакомый еще по «Пиратам Карибского моря».
Безусловно, своя специфика здесь есть, беда в том, что ее едва ли наберется на пять минут экранного времени. В остальном «Ученик чародея» прилежно, даже слишком, что становится невыносимо скучно, копирует и использует пласт, известный как летний блокбастер. С его приевшейся концовкой, которая вечно намекает на сиквел, разрушением зданий, но без капли крови – ибо рейтинг pg-13 святая святых продюсерского ремесла. 30-летний Барушель в очередной раз корчит дурака на уровне подростковой комедии (чем, по сути, «Ученик чародея» и является), даже Молина безжалостно копирует себя.
Единственным просветом оказывается всегда прекрасная Моника Беллуччи – но вот незадача, ее присутствие сводится к функции манекена, не знакомого с драматическим искусством. Все это можно было бы принять за человеческую промашку, но за спиной маячит не менее провальный «Принц Персии». А это значит, что пора мистеру блокбастеру придумать что-нибудь новенькое, иначе этот титул потеряет свое значение.
Несмотря на не самое убедительное выступление «Принца Персии: Пески времени» в прокате, продюсер Джерри Брукхаймер не сбавляет оборотов. А, наоборот, вместе со своим старым подельником Джоном Тертелтаубом (дилогия «Сокровище нации») только их набирает, потому что «Ученик чародея» доказательство никак не обратного. И вроде бы недавняя американская версия «Гарри Поттера», завязанная на мифах и легендах Греции, тоже не показала хороших результатов, но, видимо, расчет не так прост.
А слишком прост. Очередная история о том, как подросток (хотя, играющему его Барушелю уже под 30) становится не только избранным, но и спасает весь мир, могла скатиться к какому-то непотребству. Однако Брукхаймер и Тертелтауб показали, что значит правильный подход к даже такой непростой задаче. Рекрутировали третьего: Николас Кейдж уже работал с режиссером и продюсером на «Сокровище наций» – и результат налицо.
Чародей Бальтазар уже долгое время ищет наследника Мерлина, единственного, кто способен остановить колдунью Моргану. И находит его в лице классического неудачника Дейва, дальнейшее слишком хорошо известно, чтобы пересказывать, но от этого не менее интересно. Дело, пожалуй, в том, что из всего «Гарри Поттера» ориентиром была выбрана последняя часть, так и тут – почти майклбэевские членовредительства Нью-Йорку сочетаются с комедией полового созревания в каких-то лабораторно точно вычисленных пропорциях.
Не секрет, что жанр «кино брукхаймера» похоже на швейцарский часовой механизм и его разработка шла долго, но выпущенные с небольшим перерывом «Принц Персии» и нынешний «Ученик чародея» подтвердили, что тут вмешивается новая категория: количество без потери качества. Поэтому можно смело закрыть глаза на переквалифицировавш
егося из разводчика страусов в колдуна Альфреда Молину или некоторую схематичность, которая прослеживается во всех фильмах Джерри. Что ни капельки не отменяет той дьявольской притягательности, которая буквально беснуется на протяжении всего «Ученика чародея». Видимо, без кровавых договоров все же не обошлось.
