Один мой приятель случайно (sic!) отрезал себе болгаркой большой палец на левой ноге, и потом его пришили обратно – теперь пальцем нельзя шевелить, зато он есть.
Некая бабушка в российской поликлинике спросила другого моего знакомца, англичанина Гари Макриди, назвать свое имя для бланка – она долго не могла разобрать, что он говорил, и Гари пришлось уточнить: «Макриди, Гари! Ну Гари, как Гарри Поттер!». Разумеется, получая бумагу, он прочел: «Макриди Гари Поттер».
Прежде, чем быть похороненным, мой покойный двоюродный прадедушка три ночи лежал на балконе в лютую зиму на двери, снятой с петель. При жизни он, помнится, начинал свое утро с того, что шел в ванную комнату и вставлял в пустую глазницу стеклянное око.
Не далее чем на прошлой неделе я встретила в Камергерском загорелого господина в белых штанах, который представился не много не мало посредником Бога на земле, и категорически был похож на нашего премьер-министра (да живет он вечно!).
Всё это и многое другое наводит меня на мысль о том, что я давно уже живу в фильмах Тарантино, и Квентин, быть может, в очередной раз не заметил, но он, наверное, один из немногих, кто сегодня снимает реалистичное кино. Взять, к примеру, один из эпизодов «Бесславных ублюдков»: на первом плане серьезный и опасный фашистский офицер ведет жесткий разговор с английским шпионом, а на бэкграунде, тем временем, пьяные в лоскуты рядовые играют в персонажа с наслюнявленными салфетками на лбу. Приблизительно таким же образом поступала злая воспитательница Людмила Васильевна в детском садике: когда ребенок не хотел жрать первое – скажем, рассольник – ему прямо в полную жижей тарелку вываливали второе – скажем, судак на пару и безвкусный рис.
Или, допустим Бред Питт – это он говорит, что бывалый вояка, лейтенант Альдо Реин, у которого единственная улыбка запечатлена шрамом на шее – его лучшая роль. Таки это же мой двоюродный дядя: каждый год он с семейством ездят в Тель-Авив и отдыхают в трехэтажном загородном доме, а по праздникам у него собираются бывшие сослуживцы и вспоминают, как они орали «Я Луноход-1», ползая на карачках по военному училищу. Скальпы врагов дядя, правда, приносить не просил, но да они, наверное, все равно уже и сами от страху отбросили коньки.
Именно поэтому не требуется объяснять, как вышло, что восемь нелепых еврейских негодяев, через одного похожих сразу на Франца Кафку и всех геометрических героев полотен Пабло Пикассо, ведут себя так, как ведут. Отмечаешь про себя, что два итальянца с автоматами в ложе театра – это “Godfather” Копполы, а чувак в подтяжках по прозванью Голем – это Тибальт База Лурмана. Как обычно, то есть, у Тарантино.
Ну и, конечно, special thanks: я и подумать не могла, что Тиль Швайгер такой крутой – в этом меня не смогла убедить ни одна его картина. Есть подозрение, что QT вывел на широкий экран еще одного европейца в амплуа злодея, Кристофа Вальца – его сыщик Ганс Ланда не оставляет шанса ни одному Шону Коннери. Еще есть надежда на то, что Квентин сделал для Мелани Лоран то же, что в свое время совершил Люк Бессон для Натали Портман. И если бы память на имена у меня не была настолько плохой, я бы с удовольствием перечислила всех прочих артистов, которые приняли участие в этом фильме.
Ну а имя Квентина Тарантино я помню просто потому, что на 1-м курсе филфака писала по нему курсовую.
