Когда моему другу-геологу после страшной аварии сделали операцию по вживлению металлических штырей в руку, чтобы та впредь функционировала без сбоев, не обошлось без шутки про металлоискатель, вероятность попадания молнии, а так же возможности притягивать ножи, вилки и прочую утварь. С новой, улучшенной рукой, друг теперь может скорее обнаружить месторождения ценных залежей, определять погоду, снимать порчу и размагничивать ценники даже не совершая покупки.
Кроме того друг отныне получит способность проводить ток с удельной сопротивляемостью не хуже, чем у какого-нибудь алюминия, так что необходимость в зарядном устройстве для мобильного телефона почти полностью отпадает. Правда, существует вероятность перекрытия радио- и спутникового сигнала, но рядом с такими неоспоримыми преимуществами можно забыть про радары самолетов и чужие нервы.
Герою «Района №9» Нила Бломкапа повезло не меньше – после заражения чужеродными клетками его левая рука оказалась способной вытворять даже более интересные вещи: например, соединившись с биологическим оружием пришельцев, управлять им, а так же прочей супер-сложной техникой «моллюсков». Правда, получил Викус эту руку в ходе обыска и излишнего любопытства, а не страшной аварии: он был первым гражданским, назначенным урегулировать конфликты между пришельцами и человечеством.
Космический корабль пришельцев 20 лет назад застрял в небе, представьте, не Нью-Йорка, и не Вашингтона, и не Лос-Анджелеса, а Йоханесбурга в ЮАР, большая часть населения которого едва умеет изъясняться по-английски. После многолетней борьбы американских солдат во главе с человеком по имени Кубус с интервентами, живущими в условиях, которым бы не позавидовали даже герои «Миллионера из трущоб», гуманизм возобладал, и гуманоидов решают выселить по-хорошему.
Конечно же, самое интересное начинается в том момент, когда гладенький да беленький человечек оказывается на сколько-то процентов мерзким уродом. Попробуйте в метро пройтись с перевязанной рукой или с марлей на лице. А с щупальцами вместо пальцев? То-то! Собственно, замечательным мне показалось то, как, превращая в «моллюска» человека, Бломкамп не делает из фильма учебник по этике. Вторым планом, через очевидную неряшливость и необразованность черного населения (на фоне абсолютного свинства и безграмотности пришельцев) проходит расовая тема. Третьим – проблема геноцида своего же населения. Четвертым – рассказывается притча об алчности. Пятым – напоминается о том, что не следует judge book by its cover – и история переворачивается. Явным, но не раздражающим аккордом Бломкамп напоминает о том, кто довел Адама до греха.
При всей очевидности и наглядности происходящего, нельзя сказать, что в картине Бломкапа нет места для недосказанности. Его повествование похоже на монолог моего друга-геолога, постфактум поведавшего подробности аварии – которую он уже пережил, но которая все еще его потрясает. В конце каждого невероятного, но очень правдивого предложения Бломкап тоже вроде бы как добавляет: «Ну ты понимаешь!» И то, чего он не сказал, мы можем додумать сами, потому что уже не маленькие дети. Совсем не маленькие. По крайней мере, если верить учебникам, ДНК homo sapiens отделилось от ДНК неандертальцев полмиллиона лет назад. Если верить Бломкапу, то еще не отделились.
Один мой приятель случайно (sic!) отрезал себе болгаркой большой палец на левой ноге, и потом его пришили обратно – теперь пальцем нельзя шевелить, зато он есть.
Некая бабушка в российской поликлинике спросила другого моего знакомца, англичанина Гари Макриди, назвать свое имя для бланка – она долго не могла разобрать, что он говорил, и Гари пришлось уточнить: «Макриди, Гари! Ну Гари, как Гарри Поттер!». Разумеется, получая бумагу, он прочел: «Макриди Гари Поттер».
Прежде, чем быть похороненным, мой покойный двоюродный прадедушка три ночи лежал на балконе в лютую зиму на двери, снятой с петель. При жизни он, помнится, начинал свое утро с того, что шел в ванную комнату и вставлял в пустую глазницу стеклянное око.
Не далее чем на прошлой неделе я встретила в Камергерском загорелого господина в белых штанах, который представился не много не мало посредником Бога на земле, и категорически был похож на нашего премьер-министра (да живет он вечно!).
Всё это и многое другое наводит меня на мысль о том, что я давно уже живу в фильмах Тарантино, и Квентин, быть может, в очередной раз не заметил, но он, наверное, один из немногих, кто сегодня снимает реалистичное кино. Взять, к примеру, один из эпизодов «Бесславных ублюдков»: на первом плане серьезный и опасный фашистский офицер ведет жесткий разговор с английским шпионом, а на бэкграунде, тем временем, пьяные в лоскуты рядовые играют в персонажа с наслюнявленными салфетками на лбу. Приблизительно таким же образом поступала злая воспитательница Людмила Васильевна в детском садике: когда ребенок не хотел жрать первое – скажем, рассольник – ему прямо в полную жижей тарелку вываливали второе – скажем, судак на пару и безвкусный рис.
Или, допустим Бред Питт – это он говорит, что бывалый вояка, лейтенант Альдо Реин, у которого единственная улыбка запечатлена шрамом на шее – его лучшая роль. Таки это же мой двоюродный дядя: каждый год он с семейством ездят в Тель-Авив и отдыхают в трехэтажном загородном доме, а по праздникам у него собираются бывшие сослуживцы и вспоминают, как они орали «Я Луноход-1», ползая на карачках по военному училищу. Скальпы врагов дядя, правда, приносить не просил, но да они, наверное, все равно уже и сами от страху отбросили коньки.
Именно поэтому не требуется объяснять, как вышло, что восемь нелепых еврейских негодяев, через одного похожих сразу на Франца Кафку и всех геометрических героев полотен Пабло Пикассо, ведут себя так, как ведут. Отмечаешь про себя, что два итальянца с автоматами в ложе театра – это “Godfather” Копполы, а чувак в подтяжках по прозванью Голем – это Тибальт База Лурмана. Как обычно, то есть, у Тарантино.
Ну и, конечно, special thanks: я и подумать не могла, что Тиль Швайгер такой крутой – в этом меня не смогла убедить ни одна его картина. Есть подозрение, что QT вывел на широкий экран еще одного европейца в амплуа злодея, Кристофа Вальца – его сыщик Ганс Ланда не оставляет шанса ни одному Шону Коннери. Еще есть надежда на то, что Квентин сделал для Мелани Лоран то же, что в свое время совершил Люк Бессон для Натали Портман. И если бы память на имена у меня не была настолько плохой, я бы с удовольствием перечислила всех прочих артистов, которые приняли участие в этом фильме.
Ну а имя Квентина Тарантино я помню просто потому, что на 1-м курсе филфака писала по нему курсовую.
В этом году для охотников за памятными датами радостная весть – исполняется 10 лет с момента релиза первой «Матрицы». Когда мне было 12, я отправилась в музыкальный магазин в подземном переходе, чтобы поживиться сборником песен к «Матрице». То было время, когда мои одноклассники еще не начали приторговывать всякой всячиной, поэтому за прилавком стояли не они, а толстый татуированный дядя.
Дядя чуть насмешливо протянул мне саундтрек, и поинтересовался: «Для бойфренда?» Тогда я была бы рада ответить утвердительно, но суровая правда говорила об обратном и я честно призналась: «Для себя». Продавец изменился в лице: его глаза сузились, подбородок чуть выдвинулся вперед, а голова понимающе закивала. «Респект», - сказал дядя и сверкнул золотым зубом.
Одним словом, даже тогда, когда оценить место «Матрицы» в истории мирового кинематографа было трудно по объективной причине – прошло слишком мало времени – все «реальные люди» понимали, что картина Вачовски совсем не проходная, а из тех, что можно вписать в список под словом «круто». Братья Вачовски предложили действительно простой и кажущийся вероятным сценарий альтернативной реальности: они обосновали ее не на старомодной (а для Уилла Смита актуальной) идее о порабощении машинами человеческого разума.
Они четко связали это с философскими идеями и религиозными воззрениями человечества, выбрав из миллиарда мыслей несколько тех, которые не противоречат логике: идею солипсизма (мир существует, только пока я его чувствую), эйдосы Платона (мир идей, отражением которых является наш мир) и первый принцип философии Декарта («я мыслю, следовательно, я существую»). Своевременное появление «Матрицы» на киноэкране было знаковым: сотни людей сходили с ума, восприняв через идейный, структурный ряд фильма и остальные интенции, вложенные в этот фильм, - то есть, поняли это светопредставление буквально.
Более раннее появление «Матрицы» на экране осталось бы незамеченным – не все зрители еще успели купить роликовые коньки в подражание нелепым «Хакерам» 1995-го года. Более позднее могло бы быть опасным и смешным – мини-диски так и не вошли в моду, а про компьютеры стало ясно, что они служат, а не повелевают. Четкое попадание во время так же сыграло свою роль.
Не говоря уже об имиджевых вопросах: «Матрица» - это такой macbook своего времени, обтекаемый, стильный, не похожий ни на кого, перспективный, личный. Да и, что там говорить – саундтрек фильма. Несмотря на то, что создатели картины заявляют, будто бы не ожидали такого оглушительного успеха, звуковые дорожки писались не самыми последними людьми музиндустрии: Rob Zombie, Marylin Manson, The Prodigy, Massive Attack, Rob Dougan, Rage Against The Machine. В общем, «вложились» ребята с умом.
И, хотя на вопрос «существует ли ложка?» эмоциональный кадавр Киану Ривз отвечает «Да, я же ее вижу», и, хотя этот год для «Матрицы» юбилейный, фильм все еще остается актуальным, и, мне кажется, имеет все шансы считаться определенной вехой в истории мирового кино.
